Насилие массовой культуры

55
Насилие массовой культуры
Фото: mediautopia.ru
Ратмир Белов
Журналист-райтер

Тенденция к смакованию ожесточенных, кровавых эпизодов имеет продолжительную историю. Еще в конце XIX века огромной популярностью пользовались в США так называемые «романы-десятицентовики», дешевые издания с легкими, незамысловатыми сюжетами. В «десятицентовиках» авторов не ограничивали: запрета на кровавые сцены не было. В начале века в ход пошли вестерны, уже в немом кинематографе зритель находил сцены казней, пыток, убийств.

Экран наводнили фильмы ужасов, они прижились в Голливуде. Торговля страхом была поставлена на поток. А позже началось открытое вторжение секса во все виды буржуазной «массовой культуры». Ужасы и преступления перемежались с порнографией. Все это получило наукообразное название — «развлекательное насилие».

Одним из наиболее распространенных и легко воспринимаемых массовым зрителем направлений «развлекательного насилия» стали фильмы об американских гангстерах. Начиналось все вроде просто: в 30-е и 40-е годы 17 миллионов кинозрителей в неделю (это подсчитано точно) просматривали фильмы о представителях организованной преступности. Главными героями этих картин были, однако, не сами отрицательные персонажи, а блюстители порядка. Преступник обязательно получал по заслугам, закон на экране торжествовал.

Алкоголь и Древняя Русь
Алкоголь и Древняя Русь
131

В 60-е годы, когда кино в Соединенных Штатах переживало острый кризис, неслучайным оказался успех ленты «Бонни и Клайд». Главной темой становится бунт против общества, буржуазного закона, а главными героями, на стороне которых было сочувствие зрителей,- преступники. В 70-е годы эта тема получила несколько другой поворот: преступники оставались героями, но их асоциальный бунт ловко вписывали в рамки американской лояльности. Зрителям предлагали отождествлять себя с сильными одиночками, противопоставляющими насилие несправедливой действительности. Этот прием был рассчитан на то, чтобы «утешить» зрителей, оставить им надежду. Фактически, реальную конфронтацию подменяли кинематографическим всплеском страстей. Вместо правды преподносили эрзац в профессиональной упаковке. Недовольство существующим положением нивелировали до уровня сюжетной развлекательности: проблемы подменяли аттракционами, насилие подавали как потребность.

Авторы «полицейских» картин поясняют, что сделано это умышленно: реальность-де скучна, бесконфликтна, в чистом виде она плохо воспринимается аудиторией. А в «полицейских» фильмах всё на месте, насилие на экране фотогенично — зритель его принимает как должное. Аудитории нужен конфликт, утверждают администраторы телекомпаний, а раз так — необходимо и насилие. В конце концов, заявляют они, мы живем в век насилия, нереально поэтому скрывать это. И, следуя такой формуле, насилие на телеэкране как бы узаконили. Не забыв, правда, оговориться, ничего сверхнового, аморального, мол, не показывают: то же насилие, что, скажем, в Библии, у Шекспира. Забыли лишь добавить — сегодня, в век технического прогресса, стремительного развития науки, подача насилия с помощью современных средств массовой коммуникации делает его общедоступным.

Насилие в обществе не оставляет в стороне ни одного человека, и особенно пагубно его влияние на молодежь. Подсчитано, что 18-летний гражданин успевает истратить одну шестую своей жизни на телевидение, у телевизора он проводит больше времени, чем в школе. Телевидение сопровождает сегодня гражданина от колыбели до могилы. Не нужно даже уметь читать, не нужно выходить из дома. Телевизор научит всему. Исследования показывают, что агрессивное поведение подростков — во многом результат телепрограмм, насыщенных насилием. Герои увлекательных мультфильмов, не говоря уже о персонажах популярных фантастических серий,- все они так или иначе приобщают детей к яростной действительности.

Римская империя в цифрах: удивительные данные и статистика
Римская империя в цифрах: удивительные данные и статистика
240

Детям, как и взрослым, нравятся погони, азартные драки и целые сражения, они копируют своих любимых героев, они хотят быть сильными, хотят действовать. Но современные Тарзаны не обитают в джунглях, американские Робин Гуды не ведут вольный образ жизни в Шервудском лесу. Они становятся насильниками на улицах огромных городов. Они превращаются в «крутых мальчиков», для которых не существует других законов, кроме законов выживания. Иначе нельзя: на телевидении в среднем каждые три часа убивают семь человек…

Сами люди начинают понимать, что дело зашло слишком далеко. Хозяева индустрии развлечений, планирующие и определяющие политику в этой отрасли бизнеса, администраторы кино- и телекомпаний, издательств, наводняющих рынок низкопробным товаром, все чаще вынуждены отвечать, реагировать на протесты общественности. Выступления против разнузданной пропаганды насилия, заявления ассоциаций родителей и учителей заставляют бизнесменов от развлечений маневрировать, менять тактику. «Полицейские» ленты получили гибкое название «программ действия», и массовому зрителю поспешили объяснить, что это такое: зрители ждут, внушали им, добротного, стремительного, хорошо скроенного шоу, доставляющего простое удовольствие…

Дело, конечно, далеко не так просто. С помощью телевидения, кино, других средств массовой коммуникации ежедневно, ежечасно преподносятся готовые рецепты поведения, идет формирование вкусов и привычек, одни ценностные критерии возвышаются над другими, иначе говоря — выполняется заказ хозяев «свободного» общества, пропагандируется, насаждается буржуазный образ жизни.

Аниме — часть японской культуры
Аниме — часть японской культуры
2K

Массовый экран, как и вульгарная литература, выполняет определенные, четкие функции — он развлекает аудиторию и, декларируя эту свою не основную тем не менее задачу, исподволь стремится к достижению глобального идейного охвата всех членов общества. Идет активное внедрение стереотипных взглядов, моделируются человеческие отношения, обработке подвергается сознание. Через «массовую культу созданную буржуазией, являющуюся ее орудием и представляющую собой чисто буржуазное явление в области идеологии, граждане подвергаются идейному порабощению, сознание их затуманивают, развращают. К насилию, вне всякого сомнения, часть аудитории приобщается напрямую, ярость с экрана переходит в действительность. Важнее, однако, не эта непосредственная реакция отдельных зрителей, важнее неприметное, но постоянное влияние развлекательного, «профилактического», насилия на подавляющее большинство аудитории, которая, переваривая все это, может никого не убивать, но, конечно же, вырабатывает определенный взгляд на жизнь, на отношения в обществе.

Кроме того, такой зритель, потребляющий один и тот же «наркотик» в течение долгого времени, привыкает к нему, не может без него обходиться. Наркотик этот в гремящий, оглушительный век поточного производства помогает ему бежать из реального мира насилия в мир насилия выдуманного. Каждодневные страхи, непосредственная угроза подвергнуться нападению, стать жертвой преступления, оказаться в руках мафии — нее это на какое-то время отступает на второй план, бледнеет перед экранным насилием. Человек забывается в создаваемых для него массовых грезах.

Часто можно услышать, что искусство, мол, и существует лишь для того, чтобы помогать людям бежать от скуки, монотонности и неудовлетворенности. Но даже если так подходить ко всем формам индустрии развлечений, существующей в стране не одно десятилетие, то нельзя уклониться от одного, главного вопроса: а куда же бежит общество? В воображаемый мир, где находит ответы на мучающие вопросы, или в мир, который будит новые страхи, новые кошмары?

Золотое кольцо России — 8 «золотых» городов
Золотое кольцо России — 8 «золотых» городов
38

Заявление о том, что основная функция экрана — развлечение, еще не ответ на все вопросы. Всякое развлечение — это своего рода образование, во многом даже более эффективное, чем школьное, ибо влияет скорее на чувства, чем на разум. Так что же происходит, когда тебя заставляют бежать в придуманный мир, прятаться в его аттракционах? Что же происходит, когда приучают к мысли о неизбежности насилия в любых формах — экранных и настоящих?

Американские кинопромышленники и телебоссы, поставляя продукцию, рассчитанную на то, чтобы думать как можно меньше, выполняют свою основную задачу: манипулировать личностью, подчинять человека, овладевать его душой. Таким образом насаждается своего рода интеллектуальный террор.

Оценить
Поделиться